Пятое место в рейтинге заняла Испания, за нее проголосовало 3% респондентов. Ибица и Канарские острова лишь на один процент обошли курорты Бразилии, которые получили 2% голосов.

Индия, Италия, Греция и Черногория заняли одну из последних строк, за каждую из этих стран проголосовали по 1% пользователей.

Финляндия и Великобритания, по мнению участников опроса, совсем не подходят для отдыха весёлых и шумных компаний (0,2% голосов).

Стоит отметить, что четверть проголосовавших (26%) убеждены, что от курорта не зависит, насколько ярким и запоминающимся будет отдых. Ещё 2% респондентов проголосовали за вариант «другая страна».

«Лидерство Турции более чем ожидаемо: это самая посещаемая россиянами страна. При этом именно в Турцию едет максимально широкий спектр туристов – это и семьи сдетьми , и тусовочная молодежь, и путешественники-одиночки. Интересно, что в рейтинге Таиланд опередил Египет, хотя российские туристы отдыхают в Египте значительно чаще. Возможно, это свидетельство восприятия Таиланда, как страны, в которой доступно абсолютно всё.

Низкие позиции вполне популярных европейских стран (Греции, Черногории, Италии), скорее всего, объясняются тем, что эти страны чаще всего посещают именно семьями, а искатели приключений и развлечений едут туда в последнюю очередь», – рассказал вице-президент Mail.Ru Олег Ильичев.

Слово за слово, поздравили, отметили, выпили водки демократично из пластиковых стаканчиков, я посмотрел на классика вблизи и перекинулся с ним парой слов, приобщился.

Я смотрел на Валентина Григорьевича, конечно, откровенно снизу вверх. Он реально был для меня тогда крепким авторитетом. Я прекрасно помнил и держал в памяти энергетику его старых книг про дезертира и про деревенских, которые приехали на родину хоронить свою старуху, а она вдруг возьми да оживи. Про затопленные заради прогресса и, как выяснилось, Абрамовича и братьев Черных русские земли (это открылось Распутину) — это про Братскую ГЭС, которая строилась для снабжения алюминиевых заводов жирными киловаттами. Я замечательно помнил про воздействие на меня тех книг, и в первую голову, конечно, про дезертира.

Дал бы мне кто сейчас почитать таких книг, чтоб я вот с той же интенсивностью чесал репу! Все ж таки среди книжной дресни, которую на нас вываливала при Советах тогдашняя правящая партия, среди скучных тем и мертвых идей, которыми тогдашний какой-нибудь хитроумный Сурков или унылый аналог Грызлова намеревались нас развлечь, а мы только казали им кукиш в кармане, — Распутин был полноценным сверкающим алмазом.

Ну и что ж изменилось с тех пор? Ведь все как было, так и осталось! Распутин жив, пишет, я все так же охоч до хороших книжек — так почему я про этот пиетет в прошедшем времени? Не из-за переезда же «Вагриуса»? Пожалуй, нет… Наверно, дело в другом. Где-то ближе к середине первого путинского срока я стал замечать, как мельчает все кругом. Люди вокруг становятся все менее масштабными. Политики — все менее похожи на государственных деятелей. Интересы публики — мелкие, все больше хозяйственные. Застой, что-то в этом роде. Конечно же, он, как и всегда, коснулся литературы, а пуще того, отношения к ней. Писатель уж более не жрец и не носитель истин(ы), а такой же непутевый разночинец, как и репортер, только что пишет меньше и беспорядочней да зарабатывает обыкновенно помене. Ну и кто ж его будет слушать, открыв рот? Бедных не слушают, как заметил кто-то из великих. К тому же в стране появилась новая околожреческая каста — телеведущие. Вот они теперь и властвуют над думами, над бедными русскими умами. Там теперь слава и деньги, и мода, и ответы на, pardon, духовные запросы, так сказать, современности. Оттуда, с «ящика», даже Солженицына при жизни ссадили, а уж про Распутина (в смысле Валентина) и говорить нечего.

Короче, тяга советских и постсоветских образованцев к литературе ослабла, а вера в возможность легкого прижизненного нахождения истины сделалась весьма нетвердой. К тому ж мы за это время увидели, что богоносец как-то уж слишком рьяно требует твердой руки и страстно любит чекистов, и всех соседей вокруг как-то он стал немножко ненавидеть, вплоть до того, что один не последний у нас писатель сообщил мне о своем открытии: «Народ — говно». Смело, резко, даже ужасно в какой-то мере — идите с ним поспорьте. Народ наш, может, и прекрасен, но хорошего уж не ждешь от него, когда у него в башке собачья чушь из телевизора. И на писательские головы, безусловно, падает какая-то часть вины народа — в смысле простой публики перед публикой «чистой», в смысле которая на работу ходит «в чистом». Народ поддался, кажется, всем дешевым и постыдным соблазнам, какие только на нас могли свалиться и таки, увы, свалились. То есть искатели истины потерпели поражение. Оказались неконкурентоспособными.

Так что уж не жжет глаголом сердца людей В.Г. Распутин, да и вообще, как говорят «падонки», «не жжот».

Взять хоть 89-й год, когда ВГ взорвал бомбу на Съезде народных депутатов. Он тогда, как все помнят, предложил, чтобы Россия вышла из состава Советского Союза. И пусть, значит, союзные республики, раз они такие умные, живут своим умом, хватит доить Россию!

Я, как уже сказано, смотрел на писателя во все глаза и мучился вопросом: а отчего ж он не пишет романов и повестей? почему ж ушел он в публицистику из большой литературы?

Ну, наверно, это не только мой вопрос, он многих терзал в те времена, когда еще такие абстрактные вещи вообще могли кого-то беспокоить. На вопрос можно смотреть шире, можно вообще спросить: а где, к примеру, Василий Белов, который весьма звонко звучал, как мы помним? Где Крупин, бородатый, будто пророк, с попыткой и интонации соответствующие вызвать к жизни? Лихоносов, наконец, стилист удивительной тонкости? Где… э-э-э нет, те уже умерли, кажется. Живые и мертвые — все они молчат одинаково громко.

— Да такие важные проблемы стоят перед народом, что надо писать именно публицистику! — отвечал он мне уверенно.

— Ну, знаете, Валентин Григорьевич, публицистов и без вас много, а вот повесть за вас не напишет никто.

— В дни, когда страна в опасности, нельзя писать повести! Надо все бросить и уходить в журналистику.

— Это к нам, что ли? Зря вы это задумали, — высказывал я свое мнение, которого он не спрашивал и в советах моих, как мы понимаем, он никогда не нуждался. Жил как-то без меня и дальше, может, еще лет 30 проживет, дай бог ему здоровья.

В отличие от Никиты Михалкова, которого я когда-то — на вручении «Оскаров» то ли в 1994-м, то ли в 1995-м точно так же вызвался подвезти в Калифорнии, от кинотеатра, где он показывал эмигрантам документалку про свою младшую дочь, продав ностальгическим старикам 20-долларовые билеты, а он непонятно почему отказался, — Валентин Григорьевич любезно согласился; ну а почему нет, в самом деле?

Спустились мы, сели в машину… Наверно, это было концептуальное зрелище: я везу писателя-»деревенщика» от издательской избы на своем автомобиле «Нива» (!).

Поехали мы в центр. Там у писателя была (да, наверно, и есть) квартира в чудесном кирпичном доме, в двенадцать, кажется, этажей — такие в старые времена доставались счастливчикам — цековским аппаратчикам и прочим небожителям.

Какая суровая, просто черная, ирония — ее, дочку знаменитого «нравственника» (термин Солженицына), звали в точности, как разудалую попсовую певицу, словно в какую-то злую насмешку.

В пути, в московских пробках, которые в начале нулевых были вовсе не страшными, мы продолжали разговор. Распутин давал мне советы — как вести дела с издателями. Я, само собой, попытался договориться насчет интервью, а то как же!

— Интервью? Нет, не могу сейчас. Нет столько свободного времени. У меня все расписано, и недели на интервью нету.

Ну мне, в общем, стало ясно, что вместо интервью получился бы манифест, к которому я бы имел едва заметное отношение, так что и незачем лезть под руку. Пускай классик сам пишет свои манифесты и обращения к гражданам России. Он их и так уж написал немало (вам наверняка попадались), но, как ему кажется, недостаточно.

И вот теперь приходится мне писать о Распутине своими словами, ну, конечно, с цитированием его многочисленных манифестов. И чужих о нем слов, которых тоже немало сказано — и друзьями, и поклонниками, и недругами. И, как ни странно, трезвыми литературными критиками, которые, как это ни удивительно, не перевелись еще на нашей почве в эпоху оскудения умов.

Он появился на свет в мощном по рождениям 1937 году (15 марта, в один день с Маканиным, в один год с Вампиловым, Юнной Мориц, Ахмадулиной и Аверинцевым). Тогда в СССР как раз был заметный всплеск рождаемости — вот что значит сталинский указ о запрещении абортов летом 1936 года! Наблюдение это не мое, избави бог, — но Андрея Битова, который родился как раз в тот самый год.

Кстати, есть мнение, что «деревенщики» больше ненавидели советскую власть, чем городские диссиденты, поскольку они все, так или иначе, были из семей раскулаченных. Это мне Битов подсказал.

Место рождения ВГ — поселок Усть-Уда, Иркутской области. Видите, какая незадача — «деревенщик» родился вовсе не в деревне. Но детство он все-таки провел в настоящей деревне с названием Аталанка, где была только начальная школа, и уж оттуда после поехал в среднюю школу в Усть-Уду. Окончил Иркут¬ский университет (историко-филологический факультет).

— Когда попал в Иркутский университет, жили в общежитии тоже коммуной. Братское было отношение друг к другу. Буряты, русские, ребята с Украины… Все покупали вскладчину и ели из одного котла. У нас даже тарелок не было, все своими ложками в одну кастрюлю ездили. Скоро выяснилось, что у меня и еще у одного парня скорость повыше, и чтобы всем поровну доставалось, ребята вынуждены были купить нам алюминиевые тарелки.

Так ВГ попал в элиту, стал не как все, обособился, — забавно. И очень трогателен тот факт, что не смог человек сбавить обороты, не удалось ему замедлить движение ложки, какой он черпал из общего котла, обделяя нищих товарищей. Что тут — азартность, слабость перед лицом инстинкта, легкомыслие его тогдашнее? Красивый случай, его так сразу не объяснишь… Хотя, может, это очень простая история про увлекающуюся личность, которая идет напролом, делает, что должно, что хочется, и плевать, что про это подумают другие.

В Иркутском университете на том же истфиле в одно время с Распутиным учились несколько писателей, которые печатали прозу и даже вступали в СП, в их числе тот самый Вампилов. «На старших курсах приходилось подрабатывать на радио, в молодежной газете. Я в то время подружился с Вампиловым. Он учился на год младше, но уже тогда издал книгу рассказов, и я ему немного завидовал. «Чем я хуже? — думал я и тоже стал писать рассказы. Они были, конечно, наивные», — вспоминал после Распутин. Вампилов, как известно, погиб молодым, очень яркой высокохудожественной смертью — утонул, причем не где-то, но в Байкале. Там, кстати, непросто найти мелководную бухту с пляжем и поймать редкий момент, чтоб вода была не ледяная. А так-то она холодна, как наша родина к своим детям. Тяжело плыть по ней, легко утонуть… И вот по прошествии множества лет, а именно в 2006 году в Иркутске провели опрос, и оказалось, что самый выдающийся местный писатель — Александр Вампилов (19,9% голосов). Валентин Распутин — вот ведь неожиданность — занял только 9-е место (3,9% голосов). Про что эта история? Что Вампилов круче, и Распутин расцвел только после ухода более масштабного соперника? Что театр главней прозы? Что Распутин похерил литературу, ушел в журналистику и потому пропал с читательских радаров? Что теперешняя литература потеряла силу, и люди с удовольствием вспоминают блеск советской звезды? Что Распутин стал фальшивить? Что он перестал быть писателем, художником и сделался общественным деятелем, пропагандистом и идеологом, то есть в некой народной табели о рангах спустился вниз на пару-тройку ступенек? Не могу знать.

Учась на историка-филолога, Распутин в итоге стал журналистом еще в студенчестве: он писал в иркутскую комсомольскую газету. Получив диплом, продолжил работу в сибирских СМИ (Красноярск, Иркутск, ТВ и газеты). Первой его книгой был сборник не рассказов, но очерков, причем с откровенно недеревенским названием: «Костровые новых городов». Но прозу он писал еще, как мы помним, со студенчества. Пытался прибиться к писателям, ездил на семинары, на одном из них — Читинском писательском (1965) — засветился, его заметили. Что за семинар? При Советах была такая штука, там искали таланты, чтоб их после двигать. Почему бы не сделать все проще, публиковать авторов, и пусть читатель голосует рублем? Другие были времена. Наверно, как-то пытались партийные начальники фильтровать кандидатов в жрецы и небожители. Конечно, был смысл как-то отсеять неблагонадежных, чтоб зря не палить ресурс. Распутин фильтр прошел. Советскую власть (в отличие от теперешней) он в принципе не ругал, ну разве так, по мелочи были у него разногласия: экология, деревенская, пардон, «духовность» — в противовес казенной романтике больших строек.

Ну и дальше — вперед, к успеху! В начале 70-х его уже печатают не только в Сибири, но и в Москве? и даже за границей (пусть это всего лишь Польша). В 1971-м награждают орденом — «Знак Почета». В 1977-м дают первую Госпремию (за повесть «Живи и помни»). В 1987-м — вторую (за «Пожар»). Он успел побыть делегатом писательских съездов и депутатом Верховного Совета СССР. Под самый занавес социализма он делается Героем Соцтруда. О чем это говорит? Ну как минимум о том, что Распутин крепко вошел в номенклатуру «совка». Системе он был не чужой, а очень даже родной человек.

Далее повесть «Прощание с Матёрой» (1976). Про строительство ГЭС. (Привет Саянам от Братска.) Он тогда говорил про то, что жаль затопленных деревень, а про грядущие техногенные катастрофы если б и надумал сказать, так не дали бы точно.

В первый год перестройки — 1985-й — выходит повесть с неслучайным названием «Пожар», в ней автор завернул в сторону социалки и публицистики, там про людей, которые уехали из деревни и стали жить по-новому, то есть как попало. Там при желании можно найти кучу символов. За книгу дали, как я уже говорил, Госпремию-2.

Далее была кампания против переброски северных рек на юг. Она началась в 1986 году. Позже партаппаратчики рассказали в прессе, что они разрешили публике орать про экологию, чтоб отвлечь от политики и экономики. Те, кому положено, уже знали — денег ни на поворот рек, ни на ликвидацию ЦБК на Байкале нет. Это была как бы победа Распутина и его сторонников. Ненастоящая, но все равно победа ведь. По-любому лучше, чем чистое, натуральное поражение.

— Теперь о моей эволюции. В свое время я оставил литературу, полагаю, не потому, что исписался, а потому, что уткнулся в тупик. Это не одно и то же. Я был «деревенщиком». Все, что могла сказать «деревенская литература», она сказала, — горько признается он.

— Я за 15 лет не написал ни одной книги, потому что постоянно за что-то боролся. Боролся за культуру — ведь столько грязи было в 80-е годы, она же не в 91-м году только пришла, она пришла раньше. Нужно было бороться за культуру, за нравственность, и мы готовили закон о нравственности. Была создана комиссия в Министерстве культуры Николая Губенко, который тоже прекрасно понимал, что происходит. Приходилось бороться против поворота северных и сибирских рек, за Байкал, да много за что приходилось бороться.

— Я бросился в публицистику, мне казалось: надо немедленно, сегодня показать источник зла. Не мы выбираем, что нам делать. Существует сила, которая выбирает нас. Я, по крайней мере, не мог бы только затравленно озираться, когда Россию с потрохами продавали и дурачили.

— Даже друзья, те, кто следит за литературой, спрашивают: а почему вы молчите? Создается впечатление, скажем, что я, Василий Белов, Евгений Носов, другие писатели, которые прежде были все-таки известны, — все мы замолкли. Но это ведь, в самом деле, не так. Просто выход книжки теперь имеет только «местное значение». Если она даже вышла в Москве, то тиражом две, три, пять тысяч экземпляров, не больше. А что такое на Россию пять тысяч экземпляров? Это капля в море. Но и этой капли, очевидно, достаточно для читателя, потому что книжки все равно расходятся с большим трудом.

— Да, писать, как Толстой, Бунин, Лесков, мы сейчас не сможем. Как будто ветер прошелся не только вокруг нас, но и по нам самим и унес что-то главное.

— Старость, она ведь не делает человека красивее. В любом отношении — ни внешне, ни внутренне. Старость, она многое огрубляет в человеке. Выстужает его. У меня сейчас очень небольшой круг людей, с кем можно говорить о чем угодно.

Хорошо про возраст… Годы же не идут зря, если, конечно, человек имеет привычку думать и способен чувствовать. И про узкий круг все верно, не возразишь. Мы, простые читатели, в число избранных не входим, чего ж нам досадовать на молчание классика? Вежливо и деликатно он ставит нас на место. Ему не о чем с нами говорить.

Тут уж сама собой приходит мысль про Льва Толстого: тот тоже перестал сочинять fiction и переквалифицировался в памфлетисты.

— Мы тужимся восстанавливать разрушенное, складывать распавшиеся части воедино, но они выскальзывают из наших рук и рассыпаются без того цементирующего состава, который есть читательское внимание. Мы пытаемся склеивать разрозненные концы, но сухая бумага, не пропитанная сочувствием, не пристает к полотну.

Глупо после этого приставать к нему с вопросом, типа, что ж вы не пишете лирических книжек? Зачем лезть с советами к пророку? Это выглядело бы глупо.

Да, Распутин в те годы звал куда-то, вместо того чтоб писать повести или хоть осмыслить происходящее с народом. Он все силы бросил на то, чтоб выяснить: кто виноват? Как будто это самое важное! Когда начинается катастрофа, надо не судейских вызывать, а спасателей МЧС все-таки. Так мне кажется. Но кто я такой? У ВГ другой взгляд был на это все.

Вот его, к примеру, откровения начала 1992 года, только-только от путча отошли и начали жить в новой, не СССР уже, стране: «Все несчастья России происходят оттого, что ей никак не дают жить собственной головой… [Главное] для русских — это освободиться от навязанного им комплекса неполноценности, осознать свое достоинство и неповторимость». И много прочего в том же духе. Ну, о чем это?! Что стоит за этой фразой, в чем ее смысл? Русским не дают жить своим умом? Предположим, это так. Почему писатель-пророк не берется объяснить, в чем тут дело? Отчего русским кто-то может что-то разрешать или запрещать? По какому праву? Если они выполняют приказы извне, во вред себе — как их назвать? Что это — мазохизм, слабость головы, ну что еще, черт возьми? Кто навязал русским комплекс неполноценности? Можно ли навязать комплекс? Он или есть, или нет, так? Если у человека есть некий комплекс и за это он взваливает вину на врага, как назвать такую манеру вести дела? Что это за диагноз?

Я глубоко сочувствую русской идее, я всячески желаю русским успехов и удачи, я русским как украинец, живущий много лет в Москве, — не чужой, хоть сами они держат меня за чужого. Но, кажется, я не видел еще ни одного вменяемого русского национального идеолога. Никто из них не может мне объяснить, отчего бы русским не устроиться на работу в той же Москве, почему они доверяют это, к примеру, киргизам и таджикам.

Чаще всего — уж давайте сразу быка за рога — русские националисты обижаются на евреев, что те их сбили с пути. Ну, допустим, что это так. И вот я представляю себе, как два еврея строят 140 русских, и те делают, что им скажут. (Как известно, в России с населением 140 с чем-то миллионов человек евреев всего 2 миллиона.) Ну и в чем же тогда вина этих евреев, что русские выстроились к ним в очередь за получением указаний? Любой бы рад иметь на посылках 70 бесплатных добровольцев… пусть даже и пьющих.

Я, может, не понимаю тут чего-то, но я честно ищу ответа, а мне его никто не дает. Что не так с русскими, отчего ими помыкают всякие злодеи? Вопрос, увы, остается открытым. Не хочу никого обидеть, но мне, вообще говоря, не представляется трагической фигура танцора, который выходит на сцену и вместо того, чтоб танцевать, рассказывает, как ему мешают его же яйца. Может, ему лучше как-то молча попытаться станцевать? (Пардон за резкость.) Вот такие скорбные радикал-патриоты навязывают России образ Пьеро. Он ходит и ноет: вот, нехороший мальчишка увел у меня Мальвину, и теперь я несчастен и пою вам свои тоскливые песни. Известно, что русские склонны к мазохизму, но зачем еще и приучать их к мысли, что Пьеро — наряду с Емелей и Иваном-дураком — национальный герой и носитель национальной идеи? Пусть Пьеро даст Буратино в торец и/или найдет себе другую девку… Или уж заткнется и уйдет в сторонку.

А вот еще одно настолько же глубокое высказывание ВГ: «Как бы хотелось призвать к старому нрав¬ствен¬ному правилу: нельзя мне поступать дурно, ибо я русский. Когда-нибудь, будем надеяться, русский человек возведет эти слова в свой главный жизненный принцип и сделает их национальным путеводством». Это Распутин донес до нас в том же 1992 году, в июне. Мероприятие, где это было сказано, называлось пафосно — I съезд Всемирного русского народного собора. И вот эти откровения мы читали вместо книжек писателя… Русскость — это святость, что ли? В противовес чертям нерусским? Неважно, прав он или нет, но тут какие-то проблемы со вкусом начинаются, автор как-то слишком серьезно относится к себе. И к своим соплеменникам.

Принято считать, что Распутин прервал свое писательское молчание в 1994 году. Но точно ли прервал? Может, он так и остался публицистом, спустился в наш цех, в трюм, а вылезти наверх уж не стало сил? Или «он вышел на палубу — палубы нет»? Это я про первый рассказ из цикла «О Сене Позднякове». Деревня пришла в упадок, Сеня запил, потом проспался и придумал ехать в Москву — сражаться против неправильного ТВ, которое во всем виновато. (ТВ вместо яиц, оно тоже, значит, мешает. Кто у нас командует телевидением — ЦРУ или все-таки Сурков?) И нету у него других забот. В самом деле, идти работать — это как-то тупо и бездуховно. Пусть таджики пашут или киргизы, кто у нас еще на стройках?

Бля, чего я лезу спорить? Искать виноватых? Нет, я не про то. Мне просто обидно, что главный писатель-патриот не может мне, человеку доброжелательному и сочувствующему, готовому слушать, объяснить, что к чему. Что ж про остальных тогда говорить? Про злых и насмешливых?

Даю еще цитату: «Китайцы хитрее, кавказцы наглее, но те и другие ведут себя как хозяева, сознающие свою силу и власть». Если это правда, то что с этой правдой делать? Русским пойти на дно с любимой народной песней «Врагу не сдается наш гордый «Варяг»? Или выслать всех инородцев из России в опломбированных вагонах? Провести этническую чистку, как в Югославии? Раздать кавказцам и китайцам должности менеджеров?

Вообще же можно выстроить догадку, отчего ВГ так зациклился на русской национальной теме. Может, это от хорошей порции у него нерусской крови, как это часто бывает в подобных случаях? В лице писателя добрые критики давно уже приметили некую «примесь коренной сибирской породы, этакую «тунгуссковатость», и то правда — дед его из туземцев. Это как если бы в Северной Америке он был индейцем; наверно, как-то иначе он бы ощущал штатовский патриотизм и праздники б не как белые праздновал бы. Чем бы занимался? Требовал бы прикрыть резервации? Поди знай.

Пришли злые белые люди, споили туземцев огненной водой и за стеклянные бусы забрали у них землю. У туземцев не хватило ни воли, ни ума этому воспротивиться. Они облажались, они все потеряли, несмотря на всю свою духовность, несмотря на великих предков, несмотря на то, что они великий и терпеливый народ. Это так — и что, отдавать теперь Манхэттен команчам, а Сибирь — якутам и тунгусам? Бред. Что за чувство клокочет в груди ВГ? Гнев русских — против кого? Кавказцев и китайцев он не напрямую называет виновниками всех бед, а только косвенно, говоря об их высоких боевых качествах в противовес русским. Русские обижены — кем конкретно, когда? Непонятно. Так, может, это в сердце ВГ, тунгуса, стучит пепел его предков, у которых белые отняли все? И он не только не может сказать об этом прямо, может, он этого и высказать не может, и понять это ему невозможно? Кому эта мысль кажется слишком надуманной, тот пусть ответит себе на простой вопрос: может ли полкукровка слушать голос только одной половины своей крови, в ущерб второй, способен ли он быть тут непротиворечивым? По мне (да и, пардон, по статистике тоже), так русский — это прежде всего житель города, но уж никак не затерянной в тайге деревни. Это городской человек, который скорей уж в Нью-Йорке выживет (и тут статистика на моей стороне), чем в лесу или на хуторе (вспомните про Лыковых).

Вообще эта «тунгуссковатость», ну или как там еще ее назвать, очень важна в русской культуре. Я не раз уже про это писал, вскользь. В России такие вот метисные лица, полурусские-полуазиатские, с монголоидным прищуром и белой кожей, со скулами, но и с голубыми или серыми, русскими водочными бесцветными глазами — они каждом шагу, и их обладатели необычайно заметны в метро, в истории, в культуре. Это Лев Толстой, Достоевский, Шукшин (тоже сибиряк, кстати), Слава Курицын (с Урала), Сельянов, Пелевин (!), Баширов. Само собой, Вампилов, товарищ ВГ. Это кто сразу приходит на ум. Наверно, такие люди имеют больше шансов понять Россию, которая не вся же подмосковная и есенинская, вон же еще Сибирь огромная, которую отнимали у монголоидов наши предки казаки-разбойники. Какой-нибудь чисто русак спокойно живет себе в Москве или, хуже того, в Штатах и пишет безмятежно книжки, а наш метис все бросил и кинулся на амбразуру… Кровь его гонит, нету у него важней задачи, чем показать, что он больший русский патриот, чем прочие. Как к этому ни относись, а сделать с этим ничего нельзя.

— У меня такое ощущение, что нашу страну кто-то целенаправленно разваливает. Так, как это было тогда, когда развалили и уничтожили Советский Союз. И сейчас появились люди, которые отрабатывают чей-то заказ по уничтожению российского народа, выпуская одиозные книги, газеты, обрабатывая население через радио. Сейчас идет нашествие на нашу страну. Я говорю не об иноземном нашествии. Я говорю о духовном нашествии, — жалуется ВГ. Или, как говорят его недруги, кликушествует.

Потом был кошмар: погибла дочь ВГ. 9 июля 2006 года. Помните, она полетела в Иркутск, к отцу, самолет уже сел, но, не затормозив, докатился до бетонного ограждения, пробил его и врезался в гаражи. Начался пожар, погибли 125 человек.

— Как? Да разве сказать — как? Если бы я как писатель поставил своих героев в те же самые обстоятельства, в каких оказались мы, я не смог бы и в сотой, тысячной доле передать все, что пришлось и придется еще пережить. И я не имею права говорить только о своем, о нашем семейном горе: 125 человек заживо сгорели в то раннее утро 9 июля. Попробуйте не представлять себе, как это происходило, попробуйте не гореть вместе с ними. В нас выгорело многое, и мы теперь совсем иные, чем были до этого страшного рубежа.

— О, времена! О, нравы! Мало того что убили — все равно, конструкторской ли ошибкой, или протаскиванием несовершенных машин на рынок,— так еще убийц решили искать среди потерпевших! А что машина была неисправна и что было рискованно поднимать ее в воздух — об этом ни гу-гу. Вина компании «Сибирь» больше, страшнее, чем остальных, как говорится, фигурантов этой трагедии. Это даже и не вина, а преступление, не случайно она теперь спряталась за шифровку S-7, с которой взятки гладки… Выгода — вот что сегодня правит миром и что явилось главной причиной иркутской катастрофы. Большие деньги. А нам — большие слезы. Надо ли заботиться о своих соотечественниках в воздухе, если они миллионами мрут на земле?

Русский писатель и вера: как без этого? Советский, хоть и беспартийный писатель, Распутин окрестился в 1980 году, раньше очень и очень многих. Если это можно поставить ему в заслугу. Хотя немного и странно, что его не окрестили в деревне, — из-за того что в поселке родился, что ли?

«К этому времени осознал окончательно: быть русским — значит, быть православным. Мы много тогда ездили по России — по монастырям, полям битв, былым писательским усадьбам. Мы — это Владимир Крупин, известный прозаик, ученый Фатей Шипунов и кинорежиссеры Ренита и Юрий Григорьевы. Не однажды бывали в Оптиной пустыни, тогда еще разрушенной, в Сергиевой лавре, в Ферапонтовом монастыре. Способствовало этому знакомство, довольно близкое, с архиепископом Питиримом, замечательным человеком и молитвенником, с батюшками отцом Николаем и отцом Иосифом из старинного Ельца, где я и принял крещение. Крестился, потому что уже к тому времени созрел. Ну, как фрукт-овощ созревает. Не могу похвалиться, что я истово верующий, но верующий искренне и, думаю, глубоко».

На 15 марта 2007 года пришелся юбилей ВГ — 70-летие. Левые патриоты ревниво следили за федеральными телеканалами — как откликнутся?

«Культура» показала «Прощание» (по повести «Прощание с Матёрой», Лариса Шепитько и Элем Климов), а еще докфильм «Во глубине Сибири. Валентин Распутин».

Канал «Россия», по мнению почвенников, почтил ВГ тем, что отменил показ фильма про Довлатова (!); очень тонко…

Но пафоса фильму, по мнению суровых критиков, не хватило: «До сердечной боли было обидно, когда рассказ Валентина Распутина о матери, матери-природе, матери-русской литературе прерывался попсовыми песенками и пьяной болтовней оболваненных телевидением людей».

Ну да бог с ним, с ТВ. А зато юбиляра поздравил Патриарх Алексий II. Что касается президента Путина, так он не только поздравил, но еще и наградил — орденом «За заслуги перед Отечеством» III степени. (IV степень уже есть).

При всем том, что литература с критикой ушли на задворки нашей жизни, какая-то полемика все ж идет. Иногда — даже интересно и захватывающе.

«Сама Россия избрала его, чтобы устоять в тяжелые дни. Но живая и слишком подвластная времени, она сама же (ох уж эта наша черта — искать правды и делать все, чтобы избежать ее), сама старается обойти его, потому что он своей страшной серьезностью «мешает» жизни резвиться в свое удовольствие. Как всегда мешал русский художник, будь то Гоголь времен «Переписки с друзьями», Достоевский, Толстой. Но она же знает, что, набегавшись, она найдет, куда вернуться, ибо такие художники хранят золотой метр ее лучшего, ее горнего, ее небесного, И уж что она знает наверное, так это то, что Распутин оставит свой пост, как последние матёринские жители, — только вместе с водой, с кладбищем, с памятью», — вот показательный левопатриотический текст, каких немало кругом. Не забывают классика, молодцы. Поддерживают добрым словом.

Вот, например, еще так: «Не будь протестующего труда Распутина по защите чистоты нашего славного моря Байкал, президент Владимир Путин не заставил бы сейчас отодвинуть экологически опасную магистральную трубу подальше от его священного берега». А что, может, так оно и есть.

Теперь цитата из очередного комплементарного критического текста: «Кажется, первым о Распутине как о выдающемся русском философе нашего времени сказал Игорь Шафаревич. Да и возьмите публицистику писателя, его речи, интервью — кто еще у нас мыслит на таком уровне!» Сказано, конечно, сильно, ну и пускай. Пусть он будет еще и философом, нам не жалко.

— А с кем нынче брататься? С Евтушенко, Чередниченко, Коротичем? Но это невозможно. Они стали орудием разрушения России. Вначале разрушали, а потом сбежали за границу.

Молодец! Я сам либерал и отчасти космополит, но не могу не признать: уел ВГ русского поэта Евтушенко, уел. Коли ты русский поэт, то изволь жить в России, или уж сбавь полемические обороты. ВГ из своей сибирской глуши, где он живет бок о бок с простой русской публикой, — имеет право говорить все, просто все, что захочет.

ВГ, как известно, подписал знаменитое «Слово к народу» перед самым путчем. И тут же Виктор Астафьев дал интервью телепрограмме «Вести», в котором путчистов осудил и даже назвал «черносотенцами», а что может быть обидней для патриота? Но, правда, он сделал оговорку: «Я не хочу сейчас давать оценку поступку Бондарева и Распутина, пусть это останется на их совести». Про этих двоих он также сказал, что они «были моими товарищами».

Забавно и показательно, что «Комсомолка», печатая текст этого телеинтервью, выбросила из его текста фразу про «черносотенцев». По этому поводу кто-то из левых злобствовал: «Ну как тут было не вспомнить Эйдельмана и его отца, который был исключен из гимназии за пощечину «учителю-черносотенцу»! О, ирония судьбы! Выступив против «Слова к народу», Виктор Петрович Астафьев как бы побратался со своим недавним врагом… Ну кто бы мог предвидеть такое оборотничество?».

— Кто вам сказал, что у меня было плохое отношение к Астафьеву? Я его всегда высоко ценил как писателя. А все эти политические дрязги… Никому они не нужны. Со временем о них никто даже и не вспомнит.

Теперь вспоминают другое. Как Астафьев, умирая, говорил: «Мог бы Валя и приехать…». Как он перед смертью читал книжки своего друга, бывшего друга.

— Как видим, перерождение писателя в политика (ого! — И.С.) не прошло бесследно для души. Случай не редкий, история литературы — и отечественной, и мировой — знает таких немало. Но в отношении Валентина Распутина по-человечески тем обиднее и больнее, что в его лице наша словесность имела талант яркий и сильный, который на глазах начал губительно деформироваться… писатель имеет право говорить напрямую. Дело лишь в чувстве меры: оголтелое правдорубство никому еще не сослужило хорошей службы. Удивительно, но как раз идеи, поданные, что называется, в лоб (казалось бы, куда уж ясней!), не воспринимаются в должной мере. Теряется художественная убедительность — и перестаешь доверять написанному.

— Еще о Сталине. Не верю я распутинскому Ивану Савельевичу, будто он, втихаря перекрестившись, шел в атаку с криком «За Родину, за Сталина!». Зато верю героям Виктора Астафьева и Василя Быкова, Григория Бакланова и Бориса Васильева, которые погибали без имени отца народов на устах. Да и у Твардовского в «Василии Теркине»: «Взвод, за Родину, вперед!». За Родину, а не за Сталина. Отдавать жизнь за вождя призывали политруки, да и те часто по обязанности, а Иваны Денисовичи, Африкановичи или Савельевичи обходились простонародными матерками.

И туда же чье-то: «Газеты В. Распутин клянет так рьяно, будто утоляет ностальгическую тоску по подцензурному «правдинскому» единообразию советской прессы». Ну а что, не в бровь а в глаз.

Еще известно, что ВГ собрал коллекцию колокольчиков. Он про них говорит: «Иногда подхожу [к ним]. Посмотрю на них. Полюбуюсь. Поглажу их, чтобы откликнулись перезвоном. Поправлю свое настроение… Это как детская забава. Люблю смотреть на них, прежде чем начинаю работу».

— Побойтесь Бога, Валентин Григорьевич, коль скоро вы человек верующий. Разве кавказцы избили вас в подворотне (на самом деле в подъезде. — И.С.) собственного дома? Чистокровное русское хулиганье!

Ну, так что ж делать? Кто виноват и как исправить положение? Возможно ли вообще? По разным публикациям, по статьям и манифестам я как по сусекам собирал ответы классика. Он от них не уходил, давал уж какие есть. Вот, пожалуйте.

— Деревня, в сущности, уничтожена. Все, что осталось от нее, — скорбные остатки былого, — сказал он. Что делать? Помогать, стало быть, — вот как он добился открытия в родной деревне школы.

Сделал человек доброе дело, реально помог людям. Это одна история. Но мне мало такого ответа. Я не знаю, зачем России нужны деревни. Поездил я по миру и могу сказать, что деревни есть — кроме нас — еще разве что в Азии и в Африке. Наверно, и в Латинской Америке отыщутся. (А в странах, где Россия покупает продовольствие, — деревень нету уж лет 400 как.) Я вам расскажу, что такое деревня. Это место компактного проживания нищих, у которых даже на машину денег нет. Не говоря уж про инвестиции. И деревни России не нужны. Мысль об этом пришла мне в голову во время путешествия по Штатам. Я ехал по Канзасу, Арканзасу, Оклахоме и прочим сельхозрегионам, смотрел в окно на ухоженные поля, огороженные и обработанные, на бескрайние пастбища и удивлялся — что ж людей-то не видно? Деревень что-то нету, неоткуда взяться, значит, духовности. Только изредка мелькал заселенный людьми островок: жилой дом, сарай, амбар какой-нибудь, ангар, пара пикапов припаркована, трактор с косилкой, комбайн в сторонке — и все! Следующая ферма мелькнет через много миль. Как же они справляются с тыщами гектаров? А так! На технике, ну или сезонников наймут. Как они живут? Почему школу не открывают при каждой ферме? Как в Аталанке? Где магазин, клуб? Нету ничего. Небось, в колхозе и то лучше, чем так на выселках маяться, — жду я ответ почвенника. А если серьезно, то все дома, где есть дети школьного возраста, закреплены за школьными округами, и учеников по утрам собирает школьный автобус, а вечером развозит по домам. Бесплатно. За покупками фермеры ездят в ближайший городок на машине и забивают холодильник с морозильником на неделю. Там же и кинотеатр, и, кстати, храм, парковка перед которым забита воскресными утрами.

И еще насчет русской деревни. В какой-то газете я наткнулся на текст про вернувшихся из-за границы наших староверов. Они захотели в деревню (!), им предложили пойти скотниками в сельхозпредприятие, на зарплату в 3000 рублей. Те возмутились: что, батраками работать, за копейки?! А наши «деревенщики» этого не осознают, не понимают, что происходит.

Я думаю, ВГ совершенно прав, что сам в деревне не прозябает, а живет на три дома — Москва, значит, зимой, а лето — это Иркутск, ну и еще дача. Так-то оно лучше; а в деревню можно заехать на пару дней, и домой — жить по-людски.

Они ж не дикари какие. Хватит имитировать Африку, это наш позор — деревенские беззубые бабки в платках. Постаревшие в 40. По мне, так лучше б они накрашенные с фарфоровыми зубами прогуливались по Риму, вылезши из туристических автобусов, как это делают их американские сверстницы.

— Тот язык, которым пишу, он во многом от моей бабушки, она так говорила. Сидеть бы да записывать ее удивительные рассказы, жаль, в те времена у меня не было звукозаписывающей техники. Но я и без того многое запомнил, и когда пришло время писать, воспользовался бабушкиным языком. Правда, поначалу я стеснялся его. Ну, как же! В город приехал, университет закончил, французских и американских литераторов читал, а тут какой-то деревенский язык! Потом у Шукшина прочитал, что он тоже, когда поступил во ВГИК, стыдился своего языка. Понять нас можно. Мы-то из деревенского языка как бы выбрались и оставили его в той, прежней жизни. Потом я осознал, какое это богатство, как повезло и Астафьеву, и Абрамову, и Носову, и Белову. Помню, с каким удивлением читал их прозу. Оказывается, можно так писать.

Как это все важно, убийственно важно. Все люди как люди, а наши стесняются, топчутся в углу, робеют и снимают шляпу перед различными французами… Что с этим делать? Когда это кончится?

— У нас это какая-то национальная болезнь — распри (см. выше про Астафьева. — И.С.). Мы не можем жить дружно, мы не можем делать общее дело, а если делаем, то обязательно с какими-то скандалами, с какими-то подозрениями, разоблачениями и т.д. Вот это тяжело испытывать и наблюдать во всех отношениях. Потому что люди талантливые, люди, достойные уважения… Может быть, это национальная черта, может быть, это болезнь времени — все действительно членится, все делится, все проявляет недоверие друг к другу.

Открытым текстом он сказал нам все. Прямо и ясно. Ну кто, кто в этом виноват? Какие такие кавказцы?! Или евреи? НАТО, может? Нехорошо. Ах, как же это нехорошо… Некрасиво. Неудобно.

— Люди, которые сейчас сознательно работают против России, — ну зачем они нужны? Пусть уезжают куда-нибудь, забирают свое богатство… — После короткой паузы он добавляет пару слов, решительно меняет концепцию, на ходу: — А лучше все-таки их так не отпускать и богатство оставить, потому что оно награблено, взято в России… и на все четыре стороны, а мы уж как-нибудь будем сами. Я бы и Абрамовича включил туда (в список подлежащих ссылке. — И.С.).

— Арабский мир на подъеме сейчас. Это национальный, духовный подъем… Я ни в коем случае не хочу оправдывать то, что произошло в Америке, и то, что происходит в Чечне, — это уже экстремизм, террор, с этим соглашаться нельзя никак. Но арабский мир освободился от положения второстепенного мира, он сейчас заявил о себе… Я не имею в виду ни Иран, ни Ирак, а просто тот лучший дух. Который есть в арабском мире. Эта жертвенность, которой нет сейчас больше ни в каком мире, — эта жертвенность нужна. Не для того чтобы таранить торговые центры, а для того чтобы отстоять свою позицию, отстоять свои обычаи, и она потребуется, очевидно. Лишь бы это были здравая жертвенность и здравый подъем.

Где еще ищет положительные примеры ВГ, в каких землях? «Изрядно постаревший Валентин Распутин в интервью сделал открытие: умнее кубанского губернатора человека в России вроде как и не найти», — попрекает его кто-то.

— Вы живете здесь и не понимаете, насколько благополучна ваша республика. Насколько она отличается от других обнищавших районов страны. А потому для меня было важно получить признание в Башкортостане.

«По мнению Распутина, только в Башкирии могут противостоять злу разложения культуры и нравственности, потому что здесь очень многое делается для поддержания талантливых людей», — написала какая-то газета.

Что еще надо? Где еще, кроме арабских стран и Башкирии, торжествует «духовность»? С кого предлагает брать пример ВГ, с кем еще советует дружить? Пожалуйста: «Лукашенко и Караджич — наша последняя надежда». Неплохо? Неплохо. Но только где тот Караджич… У Батьки дела идут получше, про него ВГ чаще вспоминает: «Почему по чужим заказам, во вред общему нашему делу, надо отталкивать от себя Лукашенко, мужественного и мудрого вождя Беларуси?» Лука, как известно, держится на дешевом русском газе; перейдут на мировые цены — что останется от «белорусского чуда»?

Неплохой вообще рецепт: пристроиться к некой богатой стране — богаче, чем твоя, — и получать от нее льготы, не будем говорить подачки. Чисто по бизнесу — оставим в стороне мораль и совесть — проект неплохой; но насколько он реален? Ну и потом, на ком паразитировать — у Америки, что ли, просить матпомощь? Польша же какая-нибудь нас не вытянет.

— Когда я узнал, что появились молодые люди, которые сжигали книги Сорокина, то очень обрадовался, значит, не у всей молодежи глаза сожжены американским напалмом, значит, есть еще думающие юные россияне.

— Нас потихоньку начинают встраивать в глобалистский порядок. Молодежь не случайно бунтует против него в Европе. Это бунт против выравнивания, когда сущность каждого народа уничтожается, разрушаются все его культурные особенности.

— Был же когда-то кодекс строителя коммунизма, между прочим, с Христовыми заповедями, — и вот теперь кодекс разрушителя исторического Отечества с заповедями антихриста.

— …чтобы выстоять, объединяется в общины — и церковные, и просто мирские. Я знаю случаи, когда и молодежь, особенно школьная, организуется в группы и дает чуть ли не клятву не пить, не принимать наркотики, не участвовать в бесовских сборищах, не поддаваться телеизуверству.

— Нарождается молодой, жаждущий действий патриотизм. Быть может, более прагматический, но и более волевой. Иногда ко мне подходят на улице и спрашивают: «Скажите, что делать?». Так было в 91-м и в 92-м годах. Тогда подходили в основном люди среднего возраста, а теперь именно молодые спрашивают: «Где находятся отряды, в которые можно вступить?». Я не знаю таких отрядов, но если даже их нет, но о них спрашивают, они могут появиться.

Ну что же, общины, отряды, воздержание. Понятно. Если русский этнос пойдет таким вот несколько сектантским путем, то что тут сказать? Богоносец уж столько всего натворил, что вряд ли нас чем удивит.

Так что же, пропадет русский народ, раз так он ослаб и запутался, заблудился? ВГ только и твердит, что наших давят и теснят. Что же будет? Воду сливать? Ни в коем случае. Развязка драмы, по его мнению, случится по рецепту, который успешно применялся в античном театре: deus ex maqina.

— Придет час — и новый Богдан Хмельницкий соберет Раду и выведет свой народ из одури поклонения чужим богам. Придет час — и устроит Господь, что за грехи свои смертные распадется НАТО, куда теперь шумно и грубо заталкивают Украину тамошние «западенцы». Придет час — и не устоит ВТО, куда на чужой каравай, на который, как известно, рот разевать не надо бы, устраивают Россию наши «западенцы».

Тут сперва про Украину, а дальше, по плану ВГ, Всевышний и Россию направит, куда надо, и сокрушит ее врагов. В общем, русские могут расслабиться, не надо беспокоиться: все кончится хорошо, писатель-пророк гарантирует happy end.

— Подлетая к этому городу, Валентин Распутин мне говорит: «Ну, Харбин — это провинциальный город, там, кроме русского кладбища, нет ничего интересного». И вдруг мы видим город небоскребов, город строек, город производств, где одних только автомобильных развязок не сосчитать. Даже такому провинциальному городу, как Харбин, Лужков может позавидовать. Я тогда спросил у Распутина: «Валя, неужели твой Иркутск, который практически не развивается уже лет 50, можно сравнить с Харбином?», а он только грустно покачал головой.

ВГ как человек мудрый ничего не стал по этому поводу говорить. А что тут скажешь. Кто мешал китайцам следовать глупым советам, преклоняться перед Западом, снимать шляпу перед мусульманами, выкидывать на помойку свои традиции, пить с утра, плевать на историю, жаловаться и ныть. Нечего русским радикал-патриотам сказать про Китай, к примеру.

Когда я подумал об этом, мне стало не так досадно, оттого что он молчал целых 15 лет, с начала перестройки.

Споры о поэме Данте продолжались во все времена и не прекращены и поныне: от полного неприятия ее (Вольтер, Беттинелли, считавший поэму «неправдоподобным научным трактатом», написанным варварским языком) до критического переосмысления или даже отнесения ее к роду священных книг, смысл которой не может быть до конца понят смертным человеком.

Данте Алигьери родился между 21 мая и 20 июня 1265 года (точная дата неизвестна) во Флоренции. Его родители были почтенные горожане скромного достатка и принадлежали к партии гвельфов, выступавшей против власти германских императоров в Италии. Они смогли оплатить обучение сына в школе, а впоследствии позволили ему, не заботясь о средствах, совершенствоваться в искусстве стихосложения. Представление о юности поэта дает его автобиографическая повесть в стихах и прозе Новая жизнь (La vita nuova, 1293), рассказывающая о любви Данте к Беатриче (считается, что это была Биче, дочь Фолько Портинари) с момента первой встречи, когда Данте было девять лет, а ей восемь, и до смерти Беатриче в июне 1290. Стихи сопровождаются прозаическими вставками, объясняющими, как появилось то или иное стихотворение. В этом произведении Данте развивает теорию куртуазной любви к женщине, примиряя ее с христианской любовью к Богу. После смерти Беатриче Данте обратился к утешению философией и создал несколько аллегорических стихотворений во славу этой новой «дамы». За годы научных занятий значительно расширился и его литературный кругозор. Решающую роль в судьбе и дальнейшем творчестве Данте сыграло изгнание поэта из родной Флоренции.

В то время власть во Флоренции принадлежала партии гвельфов, раздираемой внутрипартийной борьбой между белыми гвельфами (выступавшими за независимость Флоренции от папы) и черными гвельфами (сторонниками папской власти). Симпатии Данте были на стороне белых гвельфов. В 1295–1296 он несколько раз призывался на государственную службу, включая участие в Совете Ста. В 1300 он в качестве посла ездил в Сан-Джиминьяно с призывом к гражданам города объединиться с Флоренцией против папы Бонифация VIII и в том же году был избран членом правительствующего совета приоров – эту должность он занимал с 15 июня по 15 августа. С апреля по сентябрь 1301 он вновь входил в Совет Ста. Осенью того же года Данте вошел в состав посольства, отправленного к папе Бонифацию в связи с нападением на Флоренцию принца Карла Валуа. В его отсутствие, 1 ноября 1301, с приходом Карла власть в городе перешла к черным гвельфам, а белые гвельфы подверглись репрессиям. В январе 1302 Данте узнал, что заочно приговорен к изгнанию по сфабрикованному обвинению во взяточничестве, должностных преступлениях и сопротивлении папе и Карлу Валуа, и уже не вернулся во Флоренцию.

В 1310 император Генрих VII вторгся в Италию с «миротворческой» целью. На это событие Данте, нашедший к тому времени временный приют в Казентино, откликнулся пылким письмом К правителям и народам Италии, призывая поддержать Генриха. В другом письме, озаглавленном Флорентиец Данте Алигьери, несправедливо изгнанный, негоднейшим флорентийцам, оставшимся в городе, он осудил сопротивление, оказанное Флоренцией императору. Вероятно, в это же время он написал трактат О монархии (De monarchia, 1312–1313). Однако в августе 1313, после неудачной трехлетней кампании, Генрих VII внезапно скончался в Буонконвенто. В 1314 после смерти папы Климента V во Франции Данте выступил еще с одним письмом, адресованным конклаву итальянских кардиналов в городе Карпентра, в котором призывал их избрать папой итальянца и вернуть папский престол из Авиньона в Рим.

На некоторое время Данте нашел убежище у правителя Вероны Кан Гранде делла Скала, которому посвятил заключительную часть Божественной Комедии – Рай. Последние годы жизни поэт провел под покровительством Гвидо да Полента в Равенне, где скончался в сентябре 1321, завершив незадолго до смерти Божественную Комедию.

Лишь часть ранних стихотворений Данте вошла в Новую жизнь. Помимо них он написал несколько аллегорических канцон, которые, вероятно, намеревался включить в Пир, а также множество лирических стихотворений. Впоследствии все эти стихотворения были изданы под заглавием Стихи (Rime), или Канцоньере (Canzoniere), хотя сам Данте не составлял такого сборника. Сюда же следует отнести шутливо-бранные сонеты (тенцоны), которыми Данте обменивался со своим другом Форезе Донати.

По утверждению самого Данте, трактат Пир (Il convivio, 1304–1307) он написал, чтобы заявить о себе как о поэте, перешедшем от воспевания куртуазной любви к философской тематике. Предполагалось, что в Пир войдут четырнадцать поэм (канцон), каждая из которых будет снабжена обширной глоссой, толкующей ее аллегорическое и философское значение. Однако, написав толкования к трем канцонам, Данте оставил работу над трактатом. В первой книге Пира, служащей прологом, он горячо отстаивает право итальянского языка быть языком литературы. Трактат на латинском языке О народном красноречии (De vulgari eloquentia, 1304–1307) тоже не был закончен: Данте написал лишь первую книгу и часть второй. В нем Данте говорит об итальянском языке как средстве поэтического выражения, излагает свою теорию языка и выражает надежду на создание в Италии нового литературного языка, который встал бы над диалектальными различиями и был бы достоин называться великой поэзией.

император и папа получают власть непосредственно от Бога (следовательно, первый не подчинен второму).

Эти взгляды высказывались и до Данте, но он привнес в них пылкость убеждения. Церковь немедленно осудила трактат и, согласно Боккаччо, приговорила книгу к сожжению.

В последние два года жизни Данте написал латинским гекзаметром две эклоги. Это был ответ профессору поэзии Болонского университета Джованни дель Вирджилио, который убеждал его писать на латыни и приехать в Болонью для увенчания лавровым венком. Исследование Вопрос о воде и земле (Questio de aqua et terra), посвященное вызывавшему множество споров вопросу о соотношении воды и суши на поверхности Земли, Данте, возможно, публично читал в Вероне. Из писем Данте подлинными признаются одиннадцать, все на латыни (некоторые упоминались).

Считается, что Данте принялся за Божественную Комедию около 1307, прервав работу над трактатами Пир (Il convivio, 1304–1307) и О народном красноречии (De vulgari eloquentia, 1304–1307). В этом произведении он хотел представить двойное вúдение общественно-политического устройства: с одной стороны, как божественно предустановленного, с другой – как достигшего невиданного разложения в современном ему обществе («нынешний мир сбился с пути» – Чистилище, ХVI, 82). Основной темой Божественной Комедии можно назвать справедливость в этой жизни и в загробной, а также средства к ее восстановлению, отданные, по промыслу Божьему, в руки самого человека.

Свою поэму Данте назвал Комедией, поскольку она имеет мрачное начало (Ад) и радостный конец (Рай и созерцание Божественной сущности), и, кроме того, написана простым стилем (в отличие от возвышенного стиля, присущего, в понимании Данте, трагедии), на народном языке, «каким говорят женщины». Эпитет Божественная в заглавии придуман не Данте, впервые он появился в издании, вышедшем в 1555 в Венеции.

“Божественная комедия” отличается четкой и продуманной композицией: она разделена на три части (“кантики”), каждая из которых изображает одну из трех частей загробного мира, согласно католическому учению, – ад, чистилище или рай. Каждая часть состоит из 33 песен, а к первой кантике добавлена еще одна песнь-пролог, так что всего получается 100 песен при троичном членении: вся поэма написана трехстрочными строфами – терцинами.

Это господство в композиционной и смысловой структуре поэмы числа 3 восходит к христианской идее о троице и мистическом значении числа 3. На этом числе основана вся архитектоника загробного мира “Божественной комедии”, продуманная поэтом до мелочей. Символизация на этом не заканчивается: каждая песнь заканчивается одним и тем же словом “звезды”; имя Христа рифмуется только с самим собой; в аду имя Христа нигде не упоминается , как и имя Марии, и т.д.

В своей поэме Данте отразил и средневековые представления об аде и рае, времени и вечности, грехе и наказании.

Божественная Комедия – непревзойденный пример искусства как подражания, за образец Данте берет все сущее, как материальное, так и духовное, сотворенное триединым Богом, наложившим на все отпечаток своей троичности.В письме к Кан Гранде Данте объясняет, что его поэма многозначна, это аллегория наподобие Библии. Действительно, поэма имеет сложную аллегорическую структуру, и хотя повествование почти всегда может держаться на одном лишь буквальном смысле, это далеко не единственный уровень восприятия. Автор поэмы представлен в ней как человек, удостоившийся особой Божьей милости – совершить путешествие к Господу через три царства загробного мира, Ад, Чистилище и Рай. Это путешествие представлено в поэме как реальное, совершенное Данте во плоти и наяву, а не во сне или видении. В загробном мире поэт видит разнообразные состояния душ после смерти, в соответствии с воздаянием, определенным Господом.

Грехи, за которые карают в Аду, делятся на три основные категории: распущенность, насилие и ложь; это три греховные наклонности, проистекающие из греха Адама. Этические принципы, на которых построен Дантов Ад, как и в целом его видение мира и человека, представляют собой сплав христианской теологии и языческой этики на основе Этики Аристотеля. Взгляды Данте не оригинальны, они были распространены в эпоху, когда основные труды Аристотеля были вновь открыты и усердно изучались.

Пройдя через девять кругов Ада и центр Земли, Данте и его проводник Вергилий выходят на поверхность у подножия горы Чистилища, расположенной в южном полушарии, на противоположном от Иерусалима крае Земли. Схождение в Ад заняло у них ровно столько же времени, сколько прошло между положением Христа в гробницу и его воскресением, и начальные песни Чистилища изобилуют указаниями на то, каким образом действие поэмы перекликается с подвигом Христа, – еще один пример подражания у Данте, теперь в привычной форме imitatio Christi.

Восходя на гору Чистилища, где на семи уступах искупаются семь смертных грехов, Данте очищается сам и, достигнув вершины, оказывается в земном Раю. Таким образом, восхождение на гору – это «возвращение в Эдем», обретение утерянного Рая. С этого момента проводником Данте становится Беатриче. Ее появление является кульминацией всего путешествия, более того, поэт проводит подчеркнутую аналогию между приходом Беатриче и пришествием Христа – в истории, в душе и в конце времен. Здесь подражание христианской концепции истории как линейного поступательного движения, центр которого образует пришествие Христа.

С Беатриче Данте поднимается сквозь девять концентрических небесных сфер (согласно устройству неба в птолемеево-аристотелевской космологии), где обитают души праведных, к десятой – Эмпирею, обители Господа. Там Беатриче сменяет св. Бернард Клервоский, который показывает поэту святых и ангелов, вкушающих высшее блаженство: непосредственное созерцание Господа, утоляющее все желания.

Несмотря на такое разнообразие посмертных судеб, можно выделить один принцип, действующий на протяжении всей поэмы: воздаяние соответствует природе греха или добродетели, присущих человеку при жизни. Особенно четко это прослеживается в Аду (зачинщики раздора и схизматики рассечены там надвое). В Чистилище очищение души подчиняется несколько иному, «исправляющему» принципу (глаза завистников накрепко зашиты). В Раю души праведных появляются сначала на том небе, или небесной сфере, которое лучше символизирует степень и природу их заслуг (души воителей обитают на Марсе).

В структуре Божественной Комедии можно выделить два измерения: загробная жизнь как таковая и путешествие по ней Данте, обогащающее поэму новым глубинным смыслом и несущее основную аллегорическую нагрузку. Теология в дни Данте, как и раньше, считала, что мистическое путешествие к Богу возможно и при жизни человека, если Господь по милости своей подарит ему эту возможность. Данте строит свое путешествие по загробному миру так, чтобы оно символически отражало «путешествие» души в мире земном. При этом он следует образцам, уже выработанным в современной ему теологии. В частности, считалось, что на пути к Богу разум проходит три стадии, ведомый тремя различными видами света: Светом Естественного Разума, Светом Милости и Светом Славы. Именно эту роль играют в Божественной Комедии три проводника Данте.

Христианская концепция времени заложена не только в центре поэмы: все ее действие вплоть до появления Беатриче призвано отразить то, что Данте понимал как путь искупления, предначертанный Господом для человечества после грехопадения. Это же понимание истории встречалось у Данте в трактате О монархии и высказывалось христианскими историками и поэтами (например, Орсисием и Пруденцием) еще за тысячу лет до Данте. Согласно этой концепции, Господь избрал римский народ для того, чтобы тот вел человечество к справедливости, в чем он и достиг совершенства при императоре Августе. Именно в это время, когда на всей земле, впервые после грехопадения, царили мир и справедливость, Господь пожелал вочеловечить и послать к людям своего возлюбленного сына. С появлением Христа, таким образом, завершается движение человечества к справедливости. Нетрудно проследить аллегорическое отражение этой концепции в Божественной Комедии. Как римляне при Августе вели род людской к справедливости, так Вергилий на вершине горы Чистилища приводит Данте к обретению внутреннего чувства справедливости и, прощаясь, обращается к поэту, как к императору на коронации: «Я над самим тобою тебя венчаю митрой и венцом». Теперь, когда в душе Данте, как некогда в мире, воцарилась справедливость, появляется Беатриче, и ее приход является отражением пришествия Христа, как оно было, есть и будет. Так путь, пройденный душой индивидума, достигающей справедливости, а затем – очищающей благодати, символически повторяет путь искупления, пройденный человечеством в ходе истории.

Эта аллегория Божественной Комедии совершенно очевидно рассчитана на читателя-христианина, которого заинтересует как описание загробной жизни, так и путешествие Данте к Богу. Но изображение земной жизни у Данте не становится от этого призрачным и бесплотным. В поэме дана целая галерея живых и ярких портретов, а чувство значимости земной жизни, единства «того» и «этого» мира выражено в ней твердо и недвусмысленно.

С наибольшей силой Данте выразил и средневековое восприятие времени. Вся история рода человеческого предстает в ней как синхронная. Время стоит, оно все – и настоящее, и прошедшее, и будущее – в современности..

Образно говоря, «Божественная комедия» превращает время в трагедийное воплощение вечности, в то же время устанавливая с нею сложную диалектическую связь.

В его Аду мифологические персонажи сосуществуют с дьяволами из Библии. Харон, Минос, Цербер, кентавры, Минотавр превращены в дьяволов, карающих грешников. Боги и полубоги античности демонизированы. Несомненно, что Данте воспринял топографию царства Плутона от древних поэтов (особенно Вергилия), но пылающая и кровавая река Флегетон, гарпии в лесу самоубийц, Цербер, яростные фурии на стенах Дита – образы Данте.

Этическое и эстетическое в поэме Данте неразрывно связаны. Все демоны: Цербер, Минос, Минотавр, Герион (крылатое транспортное чудище наподобие сверхмощного танка), бесы, – откровенно безобразны.

Первые упоминания в хрониках относятся к 8 веку до Рождества Христова. Письменность сюда принесли пришедшие в это время кираты. Тогда же в Непале появился буддизм. В это время страна является и главным религиозным центром в Гималаях и важным перевалочным пунктом на пути между Индией, Тибетом и Китаем. Но уже в 200 году буддизм практически полностью вытеснил индуизм. Индуисты ввели кастовую систему, существующую и по сей день. В это время началось развитие искусства и архитектуры. Расцвет Непала произошёл во время династии Малла, недаром эпоху правления Малла называют «Золотой Эрой».

В 1768 король царства Горкха Притви Нараян Шах завоевал долину Катманду, положив таким образом начало монархической династии Шах в Непале, которая продолжалась до тех пор, пока форма правления не была изменена на республиканскую. В 1814 — 1816 годах произошла Англо-Непальская война, итогом которой стал мирный договор определивший современные границы Непала.

Еще одна важная веха — дворцовый переворот 15 сентября 1846, названный «Резней в Кот». В течение более столетия династия премьер-министров Рана управляла страной, в этот период Непал был совершенно изолирован от остального мира. С изоляцией было покончено только в 1951 году, в результате очередного государственного переворота.

Непал – одна из самых высокогорных стран мира, зажатая междуКитаемиИндией. Большую часть ее территории занимают горы. Протяженность страны с юга на север всего лишь 250 км, но при этом разность высот между крайними точками достигает 8600 метров.

Путешествие в Непал — это не просто увлекательная поездка в погоне за экзотикой. За внешним колоритом этой страны скрывается нечто незримое, особая атмосфера. Внимательный путник обязательно почувствует ауру Непала, духовность этого места.Поездка в Непалпомогает нам лучше узнать себя, освободиться от всего наносного, несвойственного нам, стать ближе к природе.

Начать путешествие можно со столицыНепала — Катманду. Это большой город, но при этом сохранивший свой облик столетней давности – узкие улочки, необычная архитектура, храмы и ступы. По улицам струится аромат благовоний, увлекая гостей в удивительную прогулку по колоритным кварталам. В городе сотни достопримечательностей. Обязательно нужно посетить давший название городу деревянный храм Кастхамандал (723 г.), храмы Джаганнатх, Ашок Винаяк (Мару Ганеш, III в. до н. э.), Джайши Девал, Света Маччхендранат (Джанмадио), храм бога неба Акаш Бхайрав, Кумари Гхар (храм богини Кумари, в котором проживает живое олицетворение божества.

Посмотрите знаменитые ступы столицы – Сваямбунат или «Храм обезьян», основанный более 2 тыс. лет назад в северо-западной части города, Буднат — самую большую ступу Непала и признанный центр буддизма.

Центр Катманду — Дворцовая площадь (Хануман Дхока) с дворцом Науталле, а рядом — «идеальный город» невари с тысячей миниатюрных храмов (в каждом дворе стоит ступа или храм, посвященный какому-либо божеству). Во дворце Нарайанхити Дарбар находится современная резиденция короля Непала.

Одним из самых интересных способов путешествия по Непалу является треккинг. Это нетрудный пешеходный поход по высокогорью. Вам не понадобится особой физической подготовки. Тропы здесь хорошо проложены, на пути есть места для комфортного привала и уютного ночлега. На этих тропах можно встретить путешественников со всех концов мира. Они держат путь к базовому лагеря Эвереста или Аннапурны, где на смотровой площадке можно дождаться удивительного рассвета и увидеть как восходящее солнце преображает горы Непала.

Постичь эту страну невозможно, не слившись с ее потрясающей природой. А для этого нужно посетить Гокарну — Королевский заповедник. По этому красивому парку можно прогуляться, сидя на спине слона. Вы увидите множество диких животных, населяющих парк, а, добравшись до его северной части, полюбуетесь пагодой Гокарнешвар Махадев.

Госайнкунда — популярнейшее паломническое место. Это потрясающе красивое озеро на высоте около 4.360 метров на уровнем моря, обрамленное высокими горами с севера и с юга.

На высоте 827 метров над уровнем моря простирается долина Покхара — одно из самых живописных мест Непала. Здесь находятся озера Фева, Бегнас и Рупа, в которых можно искупаться или покататься на лодке, а может быть даже поймать рыбу. Отсюда открывается чудесный вид на Дхаулагири, Манаслу, Мачхапучхре, Аннапурну — самые величественные горы Непала.

Название долины Рапти переводится как «Лес леопардов». Здесь сейчас Королевский Национальный парк «Читван». Это один из крупнейших заповедников в Непале, где вам предстоит встреча с нетронутой дикой природой. Ведь здесь обитают такие редкие представители фауны как однорогий носорог, несколько разновидностей оленей, медведь-губач, леопард, дикий кабан, пресноводный дельфин, крокодил, королевский бенгальский тигр и около 350 видов птиц. Это место подарит вам и физический, и душевный отдых.

Отнеситесь к путешествию в Непал как к одному из самых значимых событий в вашей жизни. Откройте свое сердце этой стране, с ее традициями и культурой, смотрите, слушайте, вдыхайте, впитывайте все, что она готова дать вам. Поверьте, чуткому и внимательному гостю Непал может предложить бесценные сокровища.

Началось теплое лето. Любимая работа начала быстро надоедать, мне сильно захотелось развеяться. Вероятно, виной всему мой нынешний напряженный график работы. С шести утра до семи вечера мне сопутствует нудная работа, небольшой перерыв, чтобы выспаться и вновь на работу.

Я начал собираться в интересное путешествие, но пока не остановил выбор на стране, куда поеду. Стоило мне дома неосторожно намекнуть о желанном отдыхе, и моя любимая начала быстро способствовать развитию этой идеи. Мою спутницу жизни зовут Анна, и она в тот же день начала находить разную информацию, которая могла быть полезной для путешествия.

Вся моя одежда не годилась для активного тура. Мы с любимой сегодня же решили устранить текущий недочет. Винтересном каталоге сайтов, связанном со спортом,мы вместе разыскали невероятно много московских магазинов, продающих одежду для активного путешествия. Отличная одежда нам обоим сильно понравилась, ведь это была не подделка, которая часто продается на каждом углу (мне повезло понять это, находясь в путешествии). Еще я запамятовал известить Вас, что мы отправляемся в Ирландию!

Вследствие покупки всего, что нужно было для туристической поездки, мы поехали в кино. Сидя в зале кинотеатра на показе одного нового фильма, я наконец-то стал расслабляться. После фильма мы сообщили знакомым о намечающейся поездке, и эта влюбленная парочка сказала про свое желание съездить с нами в запланированное путешествие. Костя и Оля (они не так давно обвенчались) также стали собираться в путешествие.

К огромному горю, попасть на этот же лайнер с приятелями у нас не вышло, и соответственно до пансионата каждая пара станет добираться самостоятельно. Произошло это из-за разницы покупки билетов на самолет во времени (на наш самолет все билеты были уже приобретены). Время шло к отлету, однако мы все вовсе не знали о данной стране, куда собираемся поехать. Нужно было это компенсировать, и мы с женой опять посетили интернет за новым куском данных.

Ирландия – холодная страна. Думы о поездке в Ирландию нас завлекали все больше. В интернет-сети мы нашли много описаний увлекательных экскурсий, красивых мест и достопримечательностей. Совместно с друзьями мы решили взять напрокат машину для непринужденного мобильного тура. Вмаленьком каталоге автомобильных порталовмы отобрали список сайтов, которые предоставляют данную услугу. Решено было взять новый внедорожник Audi. Сделанный выбор, если верить отзывам, был максимально удобен для выполнения поставленных целей. Выкупив через фирму туроператора прокат джипа заранее, мы продолжили дальше собирать вещи для поездки в морозную страну. Водить автомобиль будет мой друг, т.к. у меня отсутствуют водительские права.

Со знакомыми мы составили примерный план времяпрепровождения. В него входило посещение максимального числа тамошних достопримечательностей и замечательных мест. Наше путешествие мы разделили на две равные части. Начальная часть – экскурсии, достопримечательности и замечательные места, а вторая – непринужденный отдых в номерах и ресторанах. Если кого-то из читателей волнует, что львиную долю путешествия мы выделили на обычный образ отдыха, то пусть вспомнит много ТВ передач, в которых проходили исследования, что активный отдых – это труд и от этого труда тоже нужно отдыхать. Для предотвращения денежных казусов, мы решили совместно сложиться в общий фонд, и из него решено вынимать финансы когда это нужно. В 2008 году сосед ездил развеяться с приятелями и своей женой, и эти друзья истратили практически все денежные запасы к половине отдыха, а затем оставшееся время, скажем, смотрели в рот знакомому и его супруге. Мы не допустим, чтобы случилось подобное.

Мать и отец жены настоятельно советовали получить страховку на время путешествия. Страховка на срок 30 дней обошлась почти даром (всего-то 130 рублей). В случае возникновения страхового случая мы вправе на выплату до сто тысяч рублей, но, надеюсь, что неприятный случай не возникнет. Страхование на еще большие суммы предполагает сбор бумаг, но на него у нас не было сил.

Своего серого британского котяру Бусю мы на десять дней путешествия поручили папе и маме жены, у которых тоже есть кот. Три месяца назад эти домашние любимцы сдружились. Возможно, животные вспомнят, что такое настоящая звериная дружба.

Теперь буду повествовать немножко о стране, куда мы выезжаем. Уже в который раз информацию об этой стране мы разыскали на популярном туристическом интернет портале.

Ирландия– очень миролюбивая страна. Жизнь людей в стране проходит непринужденно. Невероятные естественные холмы создают незабываемые образы в сознании, которые мы намерены получить в экскурсионном туре. Десятки ученых со всего мира были поражены красотами Ирландии. Понимание ирландского языка дало право всем нам вести себя уверенно за все время экскурсионного тура. Из предоставленных нам экскурсионных походов мы хотим побывать в замке Донсогхлай, съездить в тюрьму в Корке и совершить ознакомительную прогулку по ирландской столице.

А теперь я закончу свою статью о планируемой туристической поездке. В следующей моей новой статье точно размещу много фото и изложу о происшествиях во время отдыха.

Лас-Вегас большого города ,предлагает все для всех. Вопреки распространенному мнению, Vegas имеет много предложить больше, чем азартные игры, так как многие из жителей города будет быстро заметить. Однако,получить лучшее из Вегаса, очень важно,получить достойный отель на время пребывания. А. систем, признанных каждый человек по всему миру. Это относится и к ресторанов этого города .

Отель Лас-Вегас рейтинговая система использует цифры от 1 до 6. Таким образом, отель будет оцениваться по руководящий орган,фиксирует определенное количество звезд, на основе следующих критериев: качество жилья; гигиены; удобств и услуг; других услуг; стандарты обслуживания; обслуживания клиентов; ресторан стандартов и бизнес стандарты обслуживания и доступность.

Тем не менее, важно отметить, что нижняя звезда, алмазов или АА рейтинг не обязательно означает, грязный отель. Вполне возможно, что отель просто нет лифта, например. В самом деле, отель может потерять постоянных из-за его неспособности обеспечить что-либо за пределами основных услуг и удобств. Именно поэтому важно проверить клиента отзывы, прежде чем бронировать номера в отелях, так как даже отель Лас-Вегас рейтинговая система не даст стопроцентной гарантии, хотя следует международным стандартам.

Лас-Вегас повезло, что в одной из немногих стран, которые имеют руководящий орган для контроля за отель оценок. Тем не менее, различия процветает среди этих органах, будь то на национальном или международном уровне. Что может быть рассмотрен тела рейтинг системы для 5-звездочные, можно рассматривать только 4-звезды подобного органа в другом штате США, или даже 3-звездочный некоторых европейских учреждений.

Имея это в виду, лучше понять один конец шкалы по сравнению с другими. Во-первых, отель Лас-Вегас рейтинговая система использует два типа символов, звезд или алмазов. 1-звезды или один алмаз отеля может быть в стороне, но чистые основные мотеле или на худой конец, неряшливый / грязный отель в самом худшем районе города . 6-звезды или 6-алмаз отеля выходит за рамки самым высоким стандартам, в том числе энергоэффективных приборов, водоснабжения и общестроительные,наградами. Однако опять же всегда проверить Отзывы клиентов,получить более реалистичную картину и просмотреть стандартов.

И он текст забыл, надо выкручиваться, по смыслу, а это стихи, проклятье - но он выкрутился! Как поэт!!

Приезжает Папазян в провинциальный театр - играть Отелло. И выдают ему в качестве Дездемоны молоденькую дебютанточку. Она, естественно, волнуется. И вот подходит дело к сцене ее убиения. на сцене такая вся из себя целомудренная кровать под балдахином. И вот легла эта самая дебютантка за этим балдахином ногами не в ту сторону. Открывает Отелло с одной стороны балдахин - а там ноги. Ну - что поделать, закрыл Отелло балдахин и этак призадумался тяжко. А Дездемона сообразила. что лежит не в том направлении, и… ага, перелегла. Открывает Отелло балдахин с другой стороны, а там… НОГИ!

Одно время в театрах было запрещено пользоваться стартовыми пистолетами. Категорически приписывалось пользоваться на сцене макетами оружия, а выстрелы подавать из-за кулис. В одном театре на краю каменоломни стоит связанный комсомолец, а фашист целится в него из пистолета. Помреж за кулисами замешкался. Выстрела нет и нет. Фашист ждал-ждал и в недоумении почесал себе висок дулом пистолета. В этот самый момент грянула хлопушка помрежа! “Фашист”, будучи артистом реалистической школы, рухнул замертво. Тогда комсомолец, понимая что вся ответственность за финал легла на него, с криком “Живым не дамся!” бросается в штольню. Занавес.

перезаряжает, наводит пистолет второй раз, за кулисами вторая осечка. Карандышев перезаряжает в третий раз: “Я убью тебя!”, третья осечка.

Занавес, спектакль сорвался, зрителям вернули деньги. Режиссер час бегал по театру за реквизитором с криком: “Убью, сволочь!!!”. На следующий день, вечером, опять “Бесприданница”, с утра разбор вчерашнего полета: мат-перемат, все на реквизитора катят, тот оправдывается: “Но ведь не я гильзы делал, ну сыр ые в партии попались, но много же народу рядом, видите же, что происходит, можно же помочь, там у суфлера пьеса под рукой: шмякнул ей об стол, все оно какой-никакой выстрел, монтировщик там доской врезал обо что-нибудь, осветитель лампочку мог разбить, ну любой резкий звук, она бы поняла, что это выстрел, и упала бы”. Вечером спектакль, все нормально, доходит до смерти Ларисы, Карандышев: “Так не доставайся же ты никому!”, наводит пистолет, у реквизитора опять осечка.

Вдруг, с паузой в секунду, из разных концов за кулисами раздается неимоверный грохот: суфлер лупит пьесой об стол, монты - молотками по железу, осветитель бьет лампочку. Лариса явно не понимает, что это выстрел, ибо на выстрел эта беда никак не походит, и продолжает стоять. Из зала крик: “Тебе ж вчера сказали, гранатой ее глуши!

Так вот. Во-первых, реквизиторы не нашли малинового берета и заменили его зеленым. А, во-вторых, артист, игравший мужа Татьяны, и актриса, игравшая Татьяну, были брат и сестра. Вот что из этого получилось.

Е.(который чувствует, что что-то не то происходит, но до конца еще не осознал…) - Так ты СЕСТРАТ?!

Обычно такие вещи проскальзывают мимо внимания публики, но в этот раз зал грянул… и, увы, не аплодисментами…

Однажды в “Евгении Онегине” секундант перепутал пистолеты и подал заряженный Ленскому. Ленский выстрелил, Онегин от неожиданности упал.

Специально для всех владельцев Тойота и Лексус, отправляющихся в отпуск, автоцентр Тойота Восток на Сибирском тракте предлагает специальный комплекс работ - «Дорога к морю»*.

И если на отдых вы хотите отправиться за рулем собственного автомобиля, то необходимо заранее подготовить его к дальней поездке.

Теперь каждый владелец автомобиля Тойота и Лексус может произвести проверку основных систем и узлов автомобиля до или после дальней поездки, и сэкономить до 6 000 рублей, получая качественный сервис у официального дилера.

Больше трети респондентов (36%) ассоциируют с ярким и веселым отдыхом Турцию. Второе место досталось курортам Таиланда, за эту страну проголосовало 11% опрошенных. На третьей строке рейтинга — курорты Египта (8%).

На четвертом месте расположились сразу две страны — Куба и Украина, на каждую пришлось по 4% голосов. Как видим, многие наши соотечественники остались верны черноморским курортам Украины. С другой стороны, позиции этой страны могли быть и выше, поскольку курорты Крыма весьма популярны у российской молодежи.

Пятое место в рейтинге заняла Испания, за нее проголосовало 3% респондентов. Таким образом, Ибица и Канарские острова лишь на один процент обошли курорты Бразилии, которые получили 2% голосов.

В пользовательском рейтинге Индия, Италия, Греция и Черногория заняли одну из последних строк, за каждую из этих стран проголосовали по 1% пользователей.

Финляндия и Великобритания, по мнению российских туристов, совсем не подходят для отдыха веселых и шумных компаний. Озера Финляндии с летней рыбалкой, баней и девственной природой, а также знаменитые лондонские клубы, работающие круглосуточно, получили только по 0,2% голосов.

Стоит отметить, что четверть проголосовавших (26%) убеждены, что от курорта не зависит, насколько ярким и запоминающимся будет отдых. Еще 2% респондентов проголосовали за вариант «другая страна».

«Лидерство Турции более чем ожидаемо: это самая посещаемая россиянами страна. При этом именно в Турцию едет максимально широкий спектр туристов — это и семьи с детьми, и тусовочная молодежь, и путешественники-одиночки. Интересно, что в рейтинге Таиланд опередил Египет, хотя российские туристы отдыхают в Египте значительно чаще. Возможно, это свидетельство восприятия Таиланда, как страны, в которой доступно абсолютно все. Низкие позиции вполне популярных европейских стран (Греции, Черногории, Италии), скорее всего, объясняются тем, что эти страны чаще всего посещают именно семьями, а искатели приключений и развлечений едут туда в последнюю очередь», — рассказал Олег Ильичев, вице-президент Mail.Ru.